Даже нельзя сказать, что ее эффективность равна нулю. Ее эффективность отрицательна: если взять контрольную группу из десяти нигде не учащихся детей и сравнить ее со школьниками, то школьники будут меньше знать, испытывать гораздо большее отвращение ко всякого рода учебе и, до кучи, обладать целым букетом разнообразных физических и психических заболеваний.

Происходит это по следующим причинам.

Во-первых, классно-урочная система – это насилие. Детей там заставляют заниматься силой, поэтому психически комфортно себя в школе чувствуют только мазохисты, каковых среди школьников таки меньшинство.

Во-вторых, классно-урочная система задает всем школьникам один и тот же жесткий темп. Из-за этого отстающие дети скучают, так как им ничего не понятно, а опережающие программу дети скучают, так как они все знают. Добавим к этому детей, которые скучают из-за того, что им неинтересен данный конкретный предмет или данный конкретный учитель, и мы получим настоящее царство скуки.

Конечно, человек – скотина прочная, и далеко не всех школьников удаётся этим десятилетием скуки окончательно изувечить. Однако я знаю огромное количество взрослых людей, которые испытывают такое отвращение к учебе, что они скорее предпочтут получить удар по печени, чем согласятся потратить десять минут времени на вдумчивое изучение инструкции к мобильному телефону.

В-третьих, классно-урочная система – это подавление воли. За школьника решают абсолютно все. 45 минут ты занимаешься физикой. Хочешь, не хочешь – неважно. Звенит звонок. Увлекся физикой и хочешь продолжать разбирать новые законы дальше? Тебя никто не спрашивает, овца, иди на литературу, сиди там следующие 45 минут.

И не смей думать о чем-нибудь своем! Это тебе, дружок, не обыкновенная тюрьма для уголовников – это школа. Ты не имеешь права думать на посторонние темы. Ты обязан думать о том, о чём прикажет тебе думать учитель.

Результат, опять-таки, мы видим вокруг нас. Нас окружают патологически нерешительные люди, которые по три минуты раздумывают на обеденном перерыве – взять им яблочный сок или вишневый. На решения более серьезные, типа решения снять целлофан с пульта от телевизора, многие уже и вовсе неспособны.

Так вот, я предлагаю сделать для изменения ситуации следующее.

Я предлагаю постепенно заменить классно-урочную систему на систему более прогрессивную. В далекой перспективе – на какую-нибудь современную систему обучения. В перспективе более близкой – на «классно-урочную систему с человеческим лицом». А именно на систему, в которой вместо уроков будет набор кружков, между которыми школьники будут распределять свое время самостоятельно.

За свою жизнь я занимался в большом количестве разных кружков и секций: как сугубо спортивных, так и приближенных к школьным предметам, таких как кружки по изучению иностранных языков или по математике. Я могу заявить со всей ответственностью, что занятия в кружках не только гораздо эффективнее школьных уроков, но и гораздо менее вредны.

Почему так происходит?

В кружки идет определенный отбор, а это уже очень важно. С одной стороны, ни преподавателю, ни ученикам не нужно возиться с лоботрясами, которых тема занятия не интересует совершенно. С другой стороны, совсем уж негодный учитель кружок вести не будет: к нему никто не будет ходить. Как минимум к нему не будут ходить дети, несовместимые с ним психологически.

Система кружков позволяет детям заниматься в хорошем темпе и в реальном времени следить за своими достижениями. Отмечу, кстати, что я не знаю ничего более демотивирующего, чем действующая сейчас в школах система оценок… Учиться ради получения оценки – меня до сих пор передёргивает от одной мысли об этом отвратительном извращении.

И, наконец, возможность выбора школьником интересных ему кружков резко повышает его мотивацию к учебе. Напомню, что в первый класс большая часть детей все же идет с горящими глазами, с желанием узнать что-то новое. Человеческие детеныши очень любопытны от природы: так устроен наш биологический вид. И только после нескольких лет обучения в школе глаза у детей тухнут, ручонки опускаются вниз, спинки горбятся, а здоровое любопытство уступает место желанию засесть перед телевизором с чипсами и колой.

Главный вопрос – как заменить классно-урочную систему хотя бы на систему кружков. Отвечу. Постепенно, шаг за шагом.

Для начала следует легализовать хоумскулеров: дать им в законах больше возможностей, начать выплачивать хоумскулерам компенсацию за то, что они не посещают школу. В этом году на образование будет выделено 2 трлн рублей. Если мы поделим 2 трлн на 13 млн школьников и на девять месяцев обучения, мы получим… 17 тыс. рублей в месяц. Более чем достаточная сумма, чтобы сделать домашнее обучения доступным для всех желающих.

Кроме того, следует дать больше свободы директорам школ. В настоящее время директора школ связаны по рукам и ногам, им диктуют сверху каждый шаг и каждый чих. Я считаю, что директорам школ следует просто выделять бюджет и дальше давать полную свободу действий, контролируя только два параметра: вход и выход.

Что характерно, конкретно в этом вопросе педагоги и директора со мной полностью согласны, поэтому шанс протащить эти поправки в законодательство весьма высок. Конечно, сразу свою хватку чиновники из Минобразования не ослабят… однако подобного масштаба изменения не происходят одномоментно.

Сначала можно дать больше свободы экспериментальным школам. Потом можно сократить число цепей и оков для обычных школ. Так постепенно, шаг за шагом мы достигнем поставленной цели.

Я знаю, вы скажете мне, что медлить нельзя и что надо всем вместе бежать поджигать школы и вешать педагогов на фонарных столбах… Не соглашусь. Во-первых, педагоги не сволочи. Они просто не знают, что можно учить иначе. Им этого еще никто не говорил, а сами они слишком давно работают в школе, чтобы изучать опыт передовых школ самостоятельно.

Во-вторых, политика – это искусство возможного. Я не верю ни в какие революции в образовании, по крайней мере пока уровень знаний общества в области педагогики находится где-то около нуля.

Однако я считаю, что если сделать упор на две точки роста: хоумскулеров и директоров экспериментальных школ – через несколько лет вполне реально наглядно доказать всю порочность классно-урочной системы и начать добиваться постепенной замены этой системы на что-нибудь более современное.

Источник: Блог Олега Макаренко

В облике двух конвертов этот парадокс предстал в конце 1980-х годов, хотя в различных формулировках известен математикам с первой половины XX века.

Формулировка

Проводится лотерея. Предлагаются два конверта, в которых находятся две суммы денег, причём в одном из конвертов сумма отличается от суммы в другом конверте ровно в два раза. Никакие действия (измерительные и т. п.) совершать с конвертами нельзя. Можно лишь открыть один любой конверт и посчитать в нем деньги, после чего сделать выбор — взять этот конверт или взять другой конверт, чтобы получить бо́льшую сумму. В каждом последующем розыгрыше в конвертах находятся другие суммы, например 1 и 2, 5 и 10, 100 и 200, 560 и 1120 и т. д. в разной последовательности.

Предположим, что мы увидели в одном из конвертов x рублей. Тогда в другом может быть 0,5x или 2x руб. Таким образом, считая что в другом конверте равновероятно находится либо 0,5x, либо 2x, определяем средний выигрыш в случае, если мы возьмём другой конверт: (0,5x+2x)/2=1,25x рублей (соответственно, разумнее выбирать именно его, хотя мы и не знаем, больше там денег или меньше), что противоречит интуитивной симметрии задачи.

Разбор парадокса. Вариант А

Вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму составляет 50% только до того, как мы посчитаем деньги в 1-м конверте. Пока оба конверта закрыты, ситуация симметрична: мы можем любой из них считать «первым». Именно в силу этой симметричности наша вероятность составляет 50%.

Как только мы посчитали деньги в 1-м конверте, симметрия нарушается: мы знаем, сколько денег в 1-м конверте, но не знаем, сколько во 2-м. Следовательно, нет оснований считать, что вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму останется 50% и после подсчёта денег в 1-м конверте.

Почему после подсчёта денег в 1-м конверте изменяется вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму? Этот подсчёт изменяет текущее вероятностное пространство (состоящее из всевозможных пар конвертов): мы отбрасываем все варианты, где сумма в 1-м конверте не совпадает с увиденной, и рассматриваем вероятность только среди оставшихся вариантов.

Как только мы посчитали деньги в 1-м конверте, вероятность найти вдвое большую сумму во 2-м конверте начинает зависеть от распределения вероятностей вкладываемых в конверты сумм. (Например: если всегда вкладывается 10+20 рублей, то, если в 1-м конверте окажется 20 рублей, вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму нулевая). Предположение, что вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму во всех случаях останется 50% и после подсчёта денег в 1-м конверте, является математически невозможным — то есть ему не соответствует никакое распределение. Таким образом, из ошибочного предположения выводится абсурдное следствие.

Также ошибочным будет предположение, что сумма в «меньшем» конверте может с равной вероятностью принимать любое значение от 0 до бесконечности — равномерного распределения вероятностей на бесконечном интервале быть не может.

Иначе говоря: до открытия 1-го конверта мы выбираем из двух равновероятных пар (x, 2x) и (2x, x). После открытия 1-го конверта мы выбираем из двух не обязательно равновероятных пар (x, 2x) и (x, 1/2·x). Причём, если распределение неизвестно, то после открытия 1-го конверта вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму становится неизвестной (в силу неизвестности распределения).

Большинство людей неосознанно подменяют исходную задачу другой, а именно: «Дана некоторая сумма денег. В запечатанном конверте с равной вероятностью лежит либо вдвое большая, либо вдвое меньшая сумма. Выгодно ли взять конверт, если для этого надо отказаться от исходной суммы?» В такой «задаче об одном конверте», конечно, обмен выгоден — но это другая задача.

Чтобы посчитать вероятности в задаче о двух конвертах, сначала обязательно надо выдвинуть некоторую гипотезу о распределении сумм, вкладываемых в «меньший» конверт. Если задать любое математически корректное распределение значений суммы в «меньшем» конверте, то вероятность нахождения во втором конверте вдвое большей суммы принципиально не сможет быть такой, чтобы выбор второго конверта всегда был выгодным — следовательно, парадокс исчезнет.

Разбор парадокса. Вариант B

Да, логика рассуждений, венчающих формулировку парадокса, безупречна. Но отнюдь не безупречны те предпосылки, на которых эти рассуждения строятся.

Путь к противоречию (которое и делает любой парадокс парадоксом) начинается с того момента, когда мы покорно соглашаемся и при вычислениях, учитывающих конкретный итог подсчёта денег в конверте, считать шансы удвоить или располовинить эту сумму равными одной второй и одной второй.

Но ведь действительно: для нас, казалось бы, ничего не изменилось. Ведь по условию – мы не знаем, по какому закону разложены деньги по парам конвертов. И для игры «в целом» вероятности удвоения и располовинивания равны (поскольку они не могут отличаться от вероятностей удачи и неудачи первоначального выбора). Но именно для игры в целом!

Эти вероятности [для игры в целом] – тоже всего лишь математическое ожидание случайной величины. В нашем случае – матожидание конкретной вероятности удвоения/располовинивания какой-то конкретной суммы. И удваиваются/располовиниваются в соответствии с этими «средними» вероятностями не конкретные суммы, а СРЕДНИЕ, причём половинятся в среднем в два раза большие суммы, чем удваиваются.

Но о каком математическом ожидании может идти речь, когда сумма уже определена и, больше того, мы пытаемся учитывать её в своих рассчётах? После того, как мы стали рассматривать в рассчётах конкретную сумму, конкретная [условная] вероятность её удвоения/располовинивания вступает в свои права неотвратимо, даже если мы точного значения вероятности этой не знаем и даже если не можем его вычислить. Просто в этом случае в уравнениях наших должен появиться ещё один X.

Откуда же берутся эти конкретные вероятности для конкретных сумм?

Каждая сумма участвует в игре некоторое определённое количество раз. Какая-то часть случаев её участия в игре знаменуется её удвоением, какая-то часть – располовиниванием. Так вот – именно поделив число удвоений суммы на все случаи её участия в игре, мы и получим её персональную «вероятность удвоения». А поделив на то же число все случаи располовинивания – получим персональную вероятность уменьшения вдвое. Именно эти, совершенно конкретные условные вероятности, нормированные по вероятностям самих сумм, и дают «среднюю вероятность по игре» (или среднюю темпиратуру по больнице:).

Теперь, когда мы поняли, что при вычислении матожидания выигрыша при обмене конкретной суммы мы обязаны учитывать не средние по игре, а совершенно конкретные условные вероятности для данной конкретной суммы, нам остаётся лишь убедиться в том, что условные вероятности эти могут, а в определённых случаях и попросту должны отличаться от «средних по игре» фифти-фифти.

Если суммы, участвующие в игре, имеют верхний предел, самая большая сумма при обмене будет только уменьшаться вдвое. Соответственно, её условные вероятности будут равны нулю и единице.

Поскольку в наиболее привычном для нас виде денежные суммы всегда выражаются натуральными числами, ещё более естественно предположить участие в игре и некоторой наименьшей суммы, которая с очевидностью будет только удваиваться (снова единица и ноль). Такой расклад вероятностей, правда, скорее аргумент в пользу стратегии выборочного обмена [например, некоторых сумм, меньших произвольного N], которые, кстати, с успехом реализуются на практике.

Возвращение парадокса

Однако существует некая идеальная стратегия размещения сумм по конвертам, с помощью которой правило фифти-фифти для всех без исключения условных вероятностей удвоения/располовинивания действительно реализуемо. Единственность (необходимость и достаточность) этой стратегии вытекает из простого рассуждения.

Если мы рассмотрим любую произвольную сумму A1, то легко увидим, что для выполнения правила фифти/фифти в игре она должна участвовать как минимум дважды: как большая, и как меньшая. Теперь обратим своё внимание на ту сумму [A2], по отношнгию к которой A1 выступает как «меньшая». A2 = A1*2

Аналогичным образом мы можем обнаружить сумму A3, равную A1*4, и сумму A4, равную A1*8, и т.д. Там, где эта цепочка прервётся, последняя наибольшая в ней сумма Ai окажется только располовинивающейся и парадокс развеется. Но в том случае (и только в том), когда для любого Ai , Bj и т. д. всегда удастся обнаружить Ai+1 = 2*Ai, Bj+1 = 2*Bj (все цепочки, при этом, убегут в бесконечность вслед за степенью двойки) правило фифти/фифти окажется выполненным [за исключением, развве что, наименьших всегда удваивающихся сумм (если мы откажемся от бесконечно малых)]. И тогда парадокс вернётся!

Игра при описанном размещении сумм по конвертам настолько идеальна, что даже не поддаётся пока математическому моделированию. В ней должно участвовать бесконечное число равноправных значений денежных сумм, что делает вероятность реализации каждой из них стремящейся к нулю. И, самое главное, делает её непредставимой ни числом, ни какой-либо функцией. Именно потому, что бесконечное число одинаковых слагаемых невозможно нормировать к единице, математики и не рассматривают равномерных распределений на бесконечной области значений. Игра при описанном размещении сумм по конвертам предельно идеальна, Но тем не менее – она всё ещё бросает вызов.
Стратегии игры

Можно выделить 3 случая:

1. Игра ведётся 1 раз, распределение неизвестно. В этом случае вероятности посчитать нельзя, однако из «философских» соображений можно заключить, что второй конверт ничем не лучше и не хуже первого, поэтому замена конвертов ничего не даёт.
2. Распределение известно. В этом случае на основании суммы, найденной в 1-м конверте, вычисляется вероятность найти во 2-м конверте вдвое большую сумму и делается соответствующий выбор.
3. Игра ведётся много раз, распределение неизвестно. В этом случае на основании данных прошлых игр выдвигаются гипотезы о распределении, на основании которых и принимаются решения о замене конвертов.

Стохастический случай с известным распределением

Предполагается, что игра повторяется многократно, и известно распределение вероятностей выпадения той или иной суммы. В таком случае, узнав сумму в открытом конверте, мы получаем некоторую информацию о сумме в другом конверте.

Например, если предположить, что сумма в меньшем конверте равномерно распределена между 10 руб. и 100 руб., то про сумму в случайно вытянутом конверте очевидно следующее:

* Если выпало менее 20 руб., то в другом конверте определённо вдвое больше. Поэтому требуется брать другой конверт.
* Если выпало более 100 руб., то в другом конверте определённо вдвое меньшая сумма — ни в коем случае не брать другой конверт.
* Если выпало от 20 до 100 руб., в другом может быть как вдвое большая (с вероятностью 2/3), так и вдвое меньшая сумма (с вероятностью 1/3) — это легко рассчитать по теореме Байеса. Поэтому имеет смысл брать другой конверт (это приведёт к среднему увеличению суммы выигрыша в полтора раза, так как (2·2·x+x/2)/3=3x/2).

Стохастический случай с неизвестным распределением

Теперь предположим, что распределение сумм в конвертах изначально неизвестно. Сумма выигрыша может составлять любое действительное число копеек, например, может быть меньше 1 копейки. В открытом конверте могут быть 100 рублей и 100 тысяч рублей с наперед неизвестной вероятностью.

Однако случай, когда сумма в следующей игре не зависит от суммы в предыдущей, а все возможные суммы могут возникать с одинаковой вероятностью, математически невозможен.

Это даёт ключ к построению стратегии выигрыша в игре при многократных выборах.

Томас Ковер (Thomas M. Cover, специалист по теории информации и статистике — [1], [2]) предложил свою стратегию выигрыша, которая говорит, что игрок должен менять конверт с вероятностью зависящей от суммы в первом конверте. Вероятность смены конверта убывает с увеличением суммы в первом конверте.

Исследователи Макдоннел и Эббот (Mark McDonnell из University of South Australia и Derek Abbott из University of Adelaide) провели свыше 20 тысяч компьютерных симуляций, которые показали, что стратегия Ковера позволяет получить больше денег в игре с конвертами, чем случайный выбор конверта. Также они открыли, что предопределённый обмен, когда выбирается альтернативный конверт только в том случае, если сумма в первом меньше заранее и наугад выбранного игроком значения, тоже работает, хотя этот вывод кажется абсолютно противоестественным, поскольку о минимальной планке перевыбора конвертов знает лишь игрок, но не те, кто предположительно эти деньги туда кладёт.

Источник: http://ru.wikipedia.org

Министр образования и науки Андрей Фурсенко и один из авторов законопроекта о бюджетных учреждениях— директор Института развития образования Высшей школы экономики (ГУ ВШЭ) Ирина Абанкина опровергли информацию о возможном переходе российских школ на платное образование.

Выступая во вторник, 4 мая, на брифинге после заседания правительства РФ Андрей Фурсенко заявил, что в связи с новым законом о бюджетных учреждениях расходы родителей на образование детей не вырастут. Напомним, что 23 апреля, президент РФ Дмитрий Медведев пообещал обсудить реформу со школьной общественностью и провести отдельное совещание на эту тему. А 6 мая должен провести специальное совещание с профильными министрами по теме реформы бюджетных учреждений.
Платная школа— это анекдот

Опубликованную ранее информацию о том, что в ряде школ Москвы часть уроков в начальных классах станет платной уже с начала будущего года, Андрей Фурсенко не подтвердил.

«Все разговоры о том, что бесплатными оставят только русский язык, математику и физкультуру— это из анекдотов»,— заявил министр. В то же время, продолжил Фурсенко, учредитель более «продвинутой» школы может расширить стандарт, и в этом случае бюджетное финансирование будет увеличено. «Но школа может предложить родителям помимо обязательных трех часов физкультуры оплатить кружок, например, тенниса»,— добавил он.

Закон одобрен

Совет Федерации 28 апреля одобрил ранее принятый Госдумой закон, который реформирует сеть бюджетных учреждений в России. Документ предоставляет бюджетным учреждениям право заниматься деятельностью, приносящей доход, которым они смогут распоряжаться самостоятельно. Согласно закону бюджетные учреждения могут иметь автономную, бюджетную или казенную формы. Закон должен вступить в силу с 1 января 2011 года, но до 1 июля 2012 года предлагается установить переходный период.

Директор института развития образования Высшей школы экономики (ГУ ВШЭ) Ирина Абанкина подробно объясняет суть реформы бюджетных учреждений

Источник: GZT.RU

По мнению Андрея Фурсенко, государственное финансирование школьного курса не сократится. Относительно платных уроков в школе министр заявил, что «руководство школы должно будет гораздо более серьезно обосновывать в отчетах и размещаемой в интернете информации, зачем сдавать эти деньги, и родители смогут сами решать, а стоит ли и есть ли за что платить».

Фурсенко еще раз отметил, что общеобразовательный стандарт платным быть не может по определению. «Сегодня человек не может официально платить за то, за что уже заплатило государство»,— пояснил он.

… «Содержать спящих от безделья сотрудников бюджетных организаций уже невозможно»
Три бесплатных урока— слухи и дезинформация

В свою очередь Ирина Абанкина назвала информацию о вытеснении бесплатных образовательных услуг «полной дезинформацией».

«Ходят слухи о неких трех бесплатных уроках. Но в законе этого нет. Я стала узнавать, смотрела документы, спрашивала у Игоря Реморенко {заместитель Андрея Фурсенко, директор департамента госполитики в образовании.— GZT.RU}— не подтверждается и близко эта информация. Сам законопроект вообще не имеет отношения к коммерциализации школьного образования. Он вообще о другом. Закон реформирует не образовательные стандарты, а организационно-правовые формы учреждений социальной сферы. Дает им больше свободы и самостоятельности в распоряжении средствами в обмен на большую ответственность перед учредителем»,— заявила GZT.RU Ирина Абанкина.

Олег Смолин о последствиях «школьной монетизации»

Источник: GZT.RU
Протест в Думе, блогах, форумах и на площадях

Депутат Госдумы, член комитета по бюджету и налогам, известный экономист Оксана Дмитриева, наряду с Олегом Смолиным из парламентской комиссии по образованию – самые ярые критики реформы существующей системы бюджетных учреждений. Дмитриева уверена, что принятие закона расширяет возможности для перехода социальной сферы на платные услуги.

«По сути, бюджетные учреждения с вступлением в силу этого закона приобретают правомочия ГУПов, цель которых— не оказание услуг населению, а извлечение прибыли. Увеличение платного образования в сегменте среднего образования произойдет абсолютно точно. Сейчас меняются стандарты образования, и мы не знаем, какими они будут. Соответственно, неизвестно, как будет распределяться госзадание»,— опасается Оксана Дмитриева

Однако Ирина Абанкина ее слова опровергает: образовательные стандарты не только известны, но уже и приняты для начальной школы. Вскоре будут утверждены новые стандарты для средних и старших классов.

Письма протеста

Против законопроекта № 308243–5 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в связи с совершенствованием правового положения государственных (муниципальных) учреждений» выступает как школьная общественность, так и отдельные представители интеллигенции.
Письмо педагогического сообщества
Письмо интеллигенции

По данным педагогического сайта Zavuch.info, в «нашей новой школе» бесплатными будут всего три первых обязательных академических часа, а далее директорам российских школ будет необходимо предложить родителям детей оплачивать дополнительные уроки. Официально данная информация не подтверждается, однако участники школьного сообщества уже активно обсуждают ее в блогах и форумах.

Первая акция протеста против «школьной монетизации» запланирована в Приморском крае. Там группа активистов получила разрешение на митинг в защиту бесплатного школьного образования. В оргкомитете предстоящей акции сообщили, что она пройдет 15 мая на Привокзальной площади. Владивостока.

Адрес статьи: http://www.gzt.ru/topnews/education/-shkoljnaya-monetizatsiya-ne-zatronet-tri-/304478.html

Передача на тему этого закона.

    Пишите статьи, пишите о себе, пишите о школе, обсуждайте, размещайте фотографии !!!

Vlad Orlov

    P.S. Пусть кто-то из руководства или учителей свяжется со мной по адресу 5440@mail.ru для передачи управления этим блогом.